С каким английским королем был лично знаком петр великий

Пётр Великий в Лондоне

Лорд Кармартен от имени короля писал к царю об этом и назвал себя изобретателем Петр был одет в матросское платье и все время беседовал с . вращался в кругу моряков и уехал таким же мизантропом, каким приехал в Англию» [15]. . Иезуит Вота уже ранее жил в Москве и был лично знаком с. По дороге в Россию Петр встретился с польским королем и саксонским курфюрстом Августом II. В знак дружбы монархи обменялись кафтанами, шпагами и шляпами. из которых каждая заведовала каким-нибудь определенным делом, . Петр Великий был не только первым русским царем, лично. Пётр I Алексе́евич, прозванный Вели́кий (30 мая [9 июня] года — 28 января [8 февраля] года) — последний царь всея Руси (с года) и первый Император Всероссийский (с года). Представитель династии Романовых. Был провозглашён царём в .. В году был создан Северный союз против шведского короля Карла.

Царь очень скоро сошелся с последним и полюбил его за веселый характер, познания в морском деле и всегдашнюю готовность кататься с ним по Темзе. Эта амброзия была изобретена каким-то счастливым спекулянтом из плодов шелковицы, поднесшим свою микстуру царю, который не удовольствовался поднесенным количеством, а приказал закупить еще большой запас.

Король посетил царя через три дня после его приезда, при чем был принят Петром в комнате, служившей спальною, где воздух оказался до такой степени испорченным, что, не смотря на стоявший в то время холод, пришлось отворить окно. Он не обратил никакого внимания на превосходные картины и другие художественные произведения, украшавшие резиденцию короля, Кенигстонский дворец, но за то чрезвычайно заинтересовался, находившимся в королевском кабинете, прибором для наблюдения за направлением ветра.

В Лондоне, как и всюду, Петр осматривал преимущественно то, что могло принести ему пользу в практическом отношении. Он терпеть не мог и тщательно избегал всякой толпы. Когда, Вильгельм, по случаю своего рождения, дал бал в Сент-Джемском дворце, царь ни за что не согласился выйти к гостям и поместился в маленькой комнате, откуда мог видеть все, не будучи сам замечен.

Посетив парламент, Петр не захотел войти в зал заседаний, а глядел на происходившее через слуховое окошко, пробитое в потолке. Царь посетил также общество квакеров место молитвенного дома сейчас обозначено мемориальной доской с указанием, что там молился Пётр Iосматривал лондонские церкви и не раз беседовал с известным богословом, епископом Солсберийским, Джильбертом Бёрнетом о религии и положении духовенства.

Лондонские фабрики и мастерские также не были оставлены Петром без обзора. У знаменитого часовщика Карте Петр купил замечательные географические часы и при этом, как уверяют англичане, выучился безукоризненно собирать и разбирать их, а у одного гробовщика он даже приобрел и отправил в Россию образец английского гроба. Но главное внимание Петра привлекали Вулвич, с его знаменитым литейным заводом и арсеналом, и Дептфорд с его обширными доками и верфями. В этот последний городок, теперь уже слившийся с Лондоном, а тогда лежавший от него в девяти километрах, у самого впадения речки Равенсбурн в Темзу, Петр решился переселиться на несколько недель, чтобы, под руководством опытных и ученых наставников, усовершенствовать свои познания в кораблестроении.

Английскому правительству было не легко найти в Дептфорде приличное и удобное помещение для царя и его свиты. Дом этот нанимал по контракту адмирал Бенбоу, который, не смотря на выгодные условия, не совсем охотно уступил свою квартиру и выехал в гостиницу. Дом на скорую руку поновили, сад украсили растениями, а в стене, смежной с доками, пробили дверь, так что Петр мог во всякое время приходить туда, ни кем не стесняемый.

Слуга Джона Евелина, остававшийся в доме, следующим образом описывал своему хозяину порядок жизни царя: Царь спит рядом с вашей библиотекой, а обедает в гостиной, что за кабинетом. Ест он в 10 часов утра и в 6 часов вечера.

Почему Петр Великий ввел налог на бороду

Иногда бывает дома целый день. Часто ходит на верфь или плавает по реке в разных костюмах. В праздничные дни, или по окончании дневных работ, Петр обыкновенно отправлялся с несколькими приближенными в Гоуф-Стрит, в небольшой кабачок, где спрашивал пива, или коньяку, и отдыхал, покуривая свою голландскую трубочку. Хозяин заведения намалевал портрет московского царя и прибил его над дверями, как вывеску. Эта вывеска провисела до года, когда некто Ваксель Waxel почему-то пожелал ее приобрести и предложил хозяину, взамен старой, написать для него новую.

Изредка, Петр совершал кратковременные поездки в Лондон, Гринвич и Виндзор, для осмотра их достопримечательностей. Чтобы сделать приятное царю, король Вильгельм задумал повеселить его примерной морской битвой, близь острова Уайта, С этой целью, на Портсмутском рейде была сосредоточена эскадра из 12 больших военных кораблей.

Когда показалась царская шлюпка, все корабли открыли пальбу, а матросы приветствовали державного посетителя громкими криками. По окончании маневров, Петр возвратился на рейд, осматривал город, побывал в близь лежащем Сютгей-кестле ныне Southampton и на обратном пути в Дептфорд завтракал и обедал, со своими спутниками, которых было 21 человек, в лучшей гостинице в Годелминге сейчас там установлена мемориальная доска.

Счет, по которому было уплачено английским правительством содержателю гостиницы, за все съеденное и выпитое гостями, сохранился в подлиннике. Ими было уничтожено за завтраком: Особенно близко Петр сошелся с маркизом Кармартеном, отличным морякам и многосторонне образованным человеком. Через три дня после приезда Петра король Вильгельм посетил. Царь принял короля в небольшой комнате, служившей ему и некоторым лицам свиты спальней.

Воздух в ней оказался до того испорченным, что, несмотря на бывший в то время холод, нужно было отворить окно. Несколько дней спустя царь отдал визит королю. При этом случае он был одет в московское платье; беседа происходила на голландском языке, которым А. На прекрасные картины, которыми был украшен Кенсиштонский дворец короля, царь не обращал ни малейшего внимания; зато ему чрезвычайно понравился находившийся в комнате короля прибор для наблюдения за направлением ветра.

Царь провел в Англии четыре месяца. В течение первого он съездил в Вулич и Детфорд для осмотра доков и верфей, а вскоре совсем поселился в Детфорде, в доме Эвелина, который стоял рядом с доками.

Нет доказательств, чтобы царь собственноручно работал на детфордской верфи. Он был занят главным образом собиранием сведений о судостроении через комиссара и инспектора флота, сэра Альтона Дина. Петра можно было видеть ежедневно на гребном судне; более всего он любил плавать на каком-нибудь небольшом, принадлежавшем верфи палубном судне. Несколько раз он обедал у Кармартена и других английских вельмож, а также угощал их у.

В это время знаменитый живописец Кнелер, ученик Рембрандта, написал великолепный портрет царя, сделавшийся собственностью короля Вильгельма. В апреле Петр пожелал видеть заседание парламента, на которое смотрел сквозь слуховое окно, находившееся над залой заседания.

Царю при этом сильно не понравилось ограничение власти короля правами парламента. Петр завязал сношения с главными представителями англиканской церкви; его посетили некоторые епископы; он побывал у архиепископа Кентерберийского, присутствовал при богослужении в англиканской церкви и в собрании квакеров. По поручению духовенства, епископ Салисберийский, Вернет, несколько раз был у Петра. В нем нет недостатка в способностях; он даже обладает более обширными сведениями, нежели можно ожидать при его недостаточном воспитании; зато в нем нет меткости суждения и постоянства в нраве, что обнаруживается весьма часто и бросается в.

Особенную наклонность он имеет к механическим работам; природа, кажется, скорее создала его для деятельности корабельного плотника, чем для управления великим государством; корабельные постройки были главным предметом его занятий и упражнений во время его пребывания здесь в Англии. Он очень много работал собственными руками и заставлял всех лиц, окружавших его, заниматься составлением корабельных моделей. Он рассказывал мне о своем намерении отправить азовский флот для нападения на Турцию; однако он не казался мне способным стать во главе столь великого предприятия, хотя, впрочем, с тех пор его образ действий при ведении войны обнаружил в нем больше способностей, чем казалось тогда то есть во время его пребывания в Англии.

Он не обнаруживал желания исправить положение Московского государства: Была в нем странная смесь страсти и строгости. Он отличается решимостью, но в военных делах не знает толку и кажется вовсе не любознательным в этом отношении.

Не все англичане разделяли невыгодное мнение Бернета о Петре. В разных английских современных сочинениях восхваляется стремление Петра к просвещению. В сочинении ученого богослова Френсиса Ли встречается составленный, как кажет- Брикнер А. В проекте, о котором мы будем говорить в другом месте, благим намерениям царя отдана полная справедливость.

Петр I Великий, император России (1672–1725)

Вернет видел в царе лишь плотника, не чуя в нем великого преобразователя. Лейбниц и Ли ожидали от него коренных и важнейших преобразований. История следующих десятилетий, доказав ошибочность взгляда английского епископа, оправдала мнения Френсиса Ли и Лейбница.

Впрочем, Петр во время своего пребывания в Англии тем легче мог казаться односторонним и особенно склонным к ремесленному труду, что, кроме изготовления моделей разных судов, занимался столярной работой. Из Детфорда Петр часто ездил в Вулич, главный склад корабельных орудий, знаменитый литейным заводом, обширнейшим в мире арсеналом, практиковаться в метании бомб и учиться морскому искусству. Особенное удовольствие Петру доставили маневры на море, устроенные нарочно для него близ Портсмута.

Весьма тщательно осмотрел он в Портсмуте военные суда. На обратном пути он побывал в Саутгемптонском, Виндзорском и Гамптонкортском дворцах.

А.Г. Брикнер. История Петра Великого

Между тем из Голландии в Англию по приказанию Петра приехал второй посол, Головин, для заключения контрактов с разными мастерами, вступавшими в русскую службу. К этому Брикнер А. Как кажется, личное знакомство царя с королем Вильгельмом не имело особенного значения. К этому, однако, прибавлено, что король вообще доволен образом действий Петра, застенчивость которого во время пребывания в Англии несколько убавилась; король, пишет, впрочем, граф Ауерсперг, редко видел царя, потому что последний не изменял своего образа жизни, вставая и ложась спать очень рано.

Об общем впечатлении, произведенном Петром в высших слоях английского общества, можно судить по следующим замечаниям австрийского дипломатического агента Гофмана, написанным по случаю отъезда Петра из Англии: В свою очередь, царь остался очень доволен Англией. По отзывам некоторых современников, например, Перри и Вебера, эта страна произвела на него глубокое впечатление.

Простившись с королем 18 апреля, Петр го уехал в Голландию, где его с нетерпением ожидал Лефорт. Три недели Петр еще пробыл в Голландии до отправления в Вену. Дальнейшее путешествие совершалось через Клеве, где Петр осмотрел великолепный парк бранденбургского наместника этого герцогства, и Бильфельд, где обратили на себя внимание царя полотняные фабрики; затем он, через Минден, Гильдесгейм, Гальберштадт и Галле, поехал в Лейпциг. Строгое инкогнито, соблюдаемое царем в Лейпциге и Дрездене, однако, не мешало устройству разных празднеств в честь его в обоих городах.

В Лейпциге он занимался артиллерийскими упражнениями. При въезде русских послов в Дрезден он сидел в четвертой карете; при выходе из нее, старался спрятать свое лицо под черную шапочку и был очень недоволен тем, что некоторые лица увидели его на пути к приготовленным для него комнатам, требовал, чтобы никто на него не смотрел, и грозил в случае неисполнения требования немедленным отъездом.

Его успокоили и уговорили поужинать. Затем он всю ночь провел в кунсткамере, осматривая особенно тщательно математические инструменты и ремесленные орудия. На другой день при посещении цейхгауза Петр удивил всех своими точными сведениями о пушках, замечал малейшие недостатки различных показываемых ему орудий и объяснял причины таких недостатков.

После визита матери курфюрста, Анны-Софии, он опять побывал в кунсткамере, а затем в обществе некоторых дам, между которыми находилась известная графиня Кенигсмарк, ужинал у наместника, графа Фюрстенберга. Тут он, развеселившись, взял у одного из барабанщиков барабан и барабанил так искусно, что своей ловкостью превзошел даже настоящих барабанщиков.

Выехав из Дрездена, Петр осмотрел крепость и арсенал в Кенигштейне и затем через Прагу отправился в Вену. Граф Фюрстенберг, описывал подробно все частности пребывания царя в Саксонии, замечает: Со времен Герберштейна между Австрией я Московским государством существовали постоянно более или менее оживленные отношения.

Теперь же Петр и Леопольд были союзниками в борьбе с Оттоманской Портой. Незадолго до появления в Вене самого Петра его послу, боярину Шереметеву, там был оказан отменно хороший прием. Дипломаты различных держав, находившиеся в Вене, с напряженным вниманием следили за путешествием Петра. Из донесений папского нунция мы узнаем довольно любопытные подробности о переговорах между русскими послами и императорским правительством об этикете и церемониале, соблюдаемых по случаю пребывания Лефорта и его товарищей в Вене, а также о расходах для содержания русского посольства в Вене.

Представители католицизма питали надежду на успешную пропаганду в России и желали воспользоваться для этой цели пребыванием Петра в Вене и его тогда еще предполагавшимся путешествием в Италию. В Голландии был распространен слух об особенной склонности Петра к протестантизму; рассказывали о его намерении соединить православную церковь с реформаторской; даже передавали басню, будто Петр во время пребывания в Кенигсберге причастился святых тайн вместе с бранденбургским курфюрстом по лютеранскому обряду; говорили о желании царя пригласить в русскую службу протестантских ученых для учреждения университетов и академий.

Ухаживание за царем англиканского духовенства свидетельствует о некотором старании действовать в пользу англиканской церкви. В Вене рассказывали, что боярин Шереметев тайно принял католицизм и что от Петра можно ожидать того же. Нельзя удивляться тому Брикнер А. Торжественный въезд русских послов в Вену происходил 16 июня вечером; при этом русские жаловались на отсутствие в Вене роскоши и пышности, в противоположность расточительности и великолепию в Кенигсберге.

На содержание русских послов император назначил гульденов в неделю. Эта встреча имела совершенно частный характер; до нее было определено, что ни царь, ни император не заговорят о делах, но среди дипломатов шли разные слухи о том, что оба государя все-таки в своей беседе затронули восточный вопрос.

Передавали разные подробности о наружности царя, его манерах, безграничном уважении к императору Леопольду и. Между прочим, рассказывали, что царь сильными жестами, большой подвижностью старается скрывать судороги, бывшие действием яда, данного ему будто еще в детстве.

Затем сказано кое-что об умственных способностях Петра и о том, что он во внешнем обращении не столько варвар, сколько образованный человек; к этому, однако, прибавлено, что природная грубость нравов обнаруживается в суровом обращении царя с подчиненными, что царь имеет сведения в области истории и географии и стремится к усовершенствованию своего образования.

В другом месте нунций пишет: Он везде обращал особенное внимание на нравы и обычаи иностранцев, а также на полезнейшие учреждения при управлении государством, тщательно осматривал все относящееся к военному искусству, особенно к артиллерии, более же всего к морскому делу и.

Отношения царя к австрийскому двору были весьма дружеские и непринужденные. Зато в области внешней политики не установилось полного согласия между императором Леопольдом и царем. Петр желал, чтобы император продолжал и усилил военные действия против турок, Леопольд же был склонен к заключению мира. Еще до открытия переговоров между русскими послами и министром императора, графом Кинским, о делах восточных Лефорт требовал решительного ответа на вопрос, намерена ли Австрия вообще продолжать войну или.

Ответ графа был уклончив. Между тем происходили разные празднества. В день тезоименитства царя 29 июня у него собралось более гостей; были музыка, танцы и фейерверк. Достойно внимания, что в этот день, утром, царь присутствовал при католическом богослужении.

На этом празднестве царь был в фрисландском костюме. Без соблюдения особенных формальностей Петр за ужином выпил за здоровье радушного хозяина, а Леопольд осушил бокал за здоровье дорогого гостя.

После ужина начался бал. Петр участвовал в танцах с замечательным рвением. Три дня спустя Леопольд посетил царя, соблюдая при этом строгое инкогнито.

Затем только, а именно 18 июля, происходила торжественная аудиенция русских послов у императора. При этой церемонии сам царь находился в свите посольства.

Император спросил, по обычаю, о здоровье российского государя; послы ответили, что как они с Москвы поехали, его царское величество остался в желаемом здоровье. За обедом, последовавшим за аудиенцией, Лефорту поднесли несколько сортов вина; он попробовал каждого сорта, нашел все вина равно вкусными и на французском языке просил дозволения дать от- Брикнер А. Празднество кончилось посещением царя римским королем.

Затем Петр в сопровождении небольшой свиты выехал из Вены. Известие о стрелецком бунте заставило его спешить с возвращением в Москву. В католических кругах крайне сожалели, что не состоялась предположенная поездка в Италию. Нет сомнения, что и сам царь сожалел об. Особенно Венеция могла считаться одной из главных целей путешествия Петра.